Меня зацепило название выставки «Silent Times» (с 26 октября) в Kunsthal Extra City в Антверпене. Несмотря на обилие площадок для высказывания, неконфликтные люди сегодня предпочитают молчать даже по важным для них вопросам. Иначе прилетит даже от их, казалось бы, единомышленников. Начали появиляться «Тихие» и мои симпатии на их стороне — множить агрессию в наше поляризованное время, может, и приносит лайки, но не конструктивно. В авторитарных обществах Ваше слово может быть наказуемо. Несколько лет назад я взяла интервью у автора «Тихого пикета» в Генте — Даша Сиренко протестовала против декриминализации домашнего насилия в РФ.

Silent Times посвящена невысказанному, психологическому грузу молчания и бремени не нахождения слов. Во времена, когда страны вовлечены в геополитические игры, голос Личности заглушается. Политический голос и личный голос человека жестко контролируются. «Свобода слова» почти кажется фразой из давно ушедшего прошлого. Неслучайно нидерландское слово «stem»обозначет также электоральный голос. Мы видим, как общество молчит, молчит, а потом голосует за «неожиданного кандидата». Тихий протест.

Самый неформатный арт-центр Антверпена «Kunsthal Extra City», открытый в бывшем доминиканском монастыре на некоммерческой основе, практически по заветам нищенствующего ордена, — дает право голоса самым разным художникам. В данном случае — преимущественно с иммигрантским опытом. Из всех проектов я выбрала Basir Mahmood (1985) с видеотриптихом (три видео демонстрируются одновременно) «Brown bodies in an Open Landscape are Often Migrating». Прежде всего из-за необычности подачи. Пакистанский художник и режиссер Басир пригласил команду из киноиндустрии своего родного Лахора, также известного как Лолливуд, чтобы написать сценарий и снять ряд эпизодов. Повествование в общих чертах основано на видео, найденных в сети и записанных мигрантами во время их путешествия из Южной Азии в Европу. Такие видео дают представление о суровости их странствий, которые часто длятся годами и иногда не достигают предполагаемого пункта назначения, а также предлагают практические советы тем, кто еще не уехал.

Что необычного?

Вместо того чтобы попытаться передать переживания мигрантов, художник передает их через изнеможение съемочной группы под палящим солнцем, через трудности, с которыми сталкиваются операторы, пытаясь найти актеров, затерявшихся среди бесплодной природы, и через преувеличенные жесты помощников режиссера, координирующих съемку издалека. Звуковой ландшафт, полностью созданный в студии звукозаписи, усиливает расхождение между тем, что мы видим, и тем, что мы слышим, между близким и далеким. Выкрикиваемые указания пом режей приглушены, а актеров трудно обнаружить. Ландшафт также играет фундаментальную роль, как физическое и экзистенциальное пространство. Он подчеркивает расстояние не только между изображением как свидетельством и изображением как продуктом, но и между теми, кто испытывает дислокацию, и теми, кто является ее зрителями. Басир Махмуд Лахором и Амстердамом.