Портреты заговорили в Kasteel d’Ursel, чудесном, цвета недозревшего лимона, замке на воде в 30 км от Антверпена на выставке «Talking Heads» (1626-2026). Аристократической семьи d’Ursel, чьи герцоги и герцогини заказывали портреты известным художникам, да и сами баловались кистью, как 6-я герцогиня Antonine De Mun (1849-1931), написавшая множество портретов от домочадцев до слуг. Как гласит первая семейная история, ровно 400 лет назад появился на свет первый дошедший до нас портрет (по версии искусствоведов, усеченная часть большей картины) Анны-Марии Де Роблес, 2-й герцогини с детьми. От этого года часы выставки и отсчитывают портретную галерею, в которой приняли участие 50 современных художников, так или иначе, в своей манере, зачастую необычной — работающие в жанре портрета. В каждом зале имеется генеалогическое древо семьи d’Ursel с красной стрелочкой — чей портрет представлен на его стенах. Билет в замок включает каталог с описанием всех старинных и новых портретов. Вы совершите увлекательное путешествие в историю семьи в судьбе страны.
Начнем с детективной истории. Вскоре после того как семья продала замок в 1972 году (содержать его стало сложно, да и разъехались потомки славной семьи по разным странам), по меньшей мере семь семейных портретов были вырезаны из рам и похищены. Более пятидесяти лет о них не было никаких известий, пока в 2022 году на аукционе неожиданно не появился парадный портрет XVII века. Покупатель согласился отреставрировать его и передать замку во временное пользование. Публикации об этой находке привели к возвращению ещё двух парадных портретов XVIII века и одного группового портрета начала XIX века. Поскольку после кражи семья сохранила пустые рамы, сегодня их можно вновь соединить с найденными картинами. В ожидании реставрации произведения представлены в том виде, в каком они сохранились, — со всеми отверстиями, разрывами и следами повреждений, напоминающими об этой невероятной истории.
Kasteel d’Ursel выкупила провинция Антверпена и сегодня это мультифункциональный Замок.
Выставка дает визуальное представление об эволюции жанра «портрет». Наиболее впечатляющими являются парадные портреты. Часто выполненные в натуральную величину и изображающие фигуру в полный рост, герцоги и герцогини смотрят на посетителей из тяжёлых позолоченных рам. Эти произведения служат символами власти, богатства и происхождения и нередко создавались придворными художниками королей и наместников, такими как Justus van Egmont, Joseph Vivien и Jean-Pierre Sauvage. Многие портреты также выполнены в манере великих мастеров и их последователей, например, последователя Cornelis de Vos или Gaspar de Crayer.
В течение XVIII века портреты становились меньше и менее официальными. Масляная живопись на холсте на некоторое время уступила место пастели на бумаге. Между 1756 и 1775 годами герцог позировал для Jan Frans Legillon, герцогиня — для Pierre Bernard, её брат — для Joseph de Saint-Michel, их сын — для Joseph Ducreux, а вся семья вместе была изображена Benjamin-Samuel Bolomey.
После Французской революции появились более неформальные портреты: несколько лёгких и даже игривых изображений герцогини и её сестры, а также романтический семейный групповой портрет с детьми кисти Charles Le Clerc.
Во времена Наполеона Charles Pierre Verhulst написал портрет расслабленного герцога с трубкой в руке, а затем, вероятно, изобразил и его двух маленьких детей вместе с их собакой.
К тому времени уже появились первые миниатюры — изящные портреты, написанные на слоновой кости Johann Anton de Peters, Alexandre Delatour и многими неизвестными художниками. В середине XIX века герцогиня заказала Bernard Seibert миниатюрный портрет каждого из своих шестерых детей в младенческом возрасте. Позднее он также написал портрет самой герцогини и ещё два портрета её дочерей незадолго до того, как они умерли в возрасте 11 и 14 лет.
Позднее Alexandre Thomas стали считать своеобразным «придворным художником» семьи: он написал портреты как герцога, так и его старшего сына. В начале XX века Philip de László увековечил сразу три поколения семьи (и едва не четыре).
В семье d’Ursel занятия живописью были прерогативой женщин. Antonine De Mun (1849-1931), 6-я герцогиня, была самой талантливой и самой плодотворной среди этих аристократок-любительниц. На протяжении десятилетий она писала пейзажи, натюрморты и религиозные сцены, но прежде всего — многочисленные портреты всех, кто оказывался рядом с ней — членов семьи, друзей, слуг, своего врача и даже предков. Из частных коллекций её потомков на выставке собрано более двадцати её произведений.
После исторического экскурса пора переходить к нашим дням. 50 новейших арт-объектов — цифра внушительная Современные художники подходят к портретному жанру гораздо свободнее и субъективнее, а потому менее реалистично. Они чаще сосредотачиваются на эмоциях, личности и идентичности человека либо поднимают общественные проблемы. Их портреты могут быть экспериментальными, абстрактными, юмористическими и даже провокационными. Используются не только живопись, но и цифровые технологии, а также смешанные техники. Портретное искусство смещается от простого воспроизведения внешности к свободной интерпретации. Портрет рассказывает не только о том, кто изображённый человек, но и о том, как художник его понимает или каким образом пробуждает воображение зрителя.
Первым на выставке мы видим портрет Матисса, 25-летнего 11-го будущего герцога d’Ursel, специально приехавшего из Испании, где живет, позировать бельгийской художнице Mieke Teirlink . Самый молодой из старинной аристократической семьи смотрит на нас вполоборота, как на портретах Диего Веласкеса. Мике сначала устроила фотосессию в комнате с серыми обоями, долго выставляя свет. Она увидела в будущем герцоге «легионера» и хотела передать характер. Больше всего мучилась с носом — как стало очевидно по старинным портретам, — характерным для всей семьи d’Ursel.
Самый трогательный арт-объект связан с печальной строчкой в истории семьи. Скульптор из Брюсселя Elisabeth de Vee (1930–1986) создала двойную фигурку для камина около 1956 года. Стилизованное изображение Madeleine André, второй жены Henri, 8th Duke (1900–1975), и их дочери Marie. Они погибли в автомобильной аварии недалеко от испанской деревни Fuentenovilla и были похоронены в семейном склепе рядом с церковью Saint Stephen в Hingene. Фигурка — пробный экземпляр из патинированного гипса, приобретённый замком на аукционе. Бронзовый экземпляр, помещённый в склеп во время похорон, исчез.
Мне очень близок «Автопортрет в скорлупе грецкого ореха» французской художницы Marion Moskowitz (1989). Я родилась в Молдове, одна из главных статей экспорта которой — грецкий орех, у моих дедушки с бабушкой было огромное дерево и мы в выпечку всегда добавляем именно грецкие орехи. В семье Марион из поколения в поколение пекли торты ко дню рождения, каждый из которых включал в себя десять грецких орехов. Когда художнице исполнилось тридцать лет, она собрала триста ореховых скорлупок и создала из них скульптуру. Которая приобретает двойной смысл — напоминание о празднике, как и отсылка к семейной традиции, уходящей корнями в еврейско-венгерское наследие. Произведение искусства пробуждает воспоминания о вечных ценностях, таких как семейная любовь и жесты, формирующие нашу идентичность.
Для Steven Peters Caraballo (1978) ремесло и человеческое состояние неразрывно связаны. Он решительно выбирает неторопливость и физическое присутствие масляной краски. Не из ностальгии, а из убеждения, что материальный характер краски и холста по-прежнему является самым прямым и чувственным способом изображения человеческой уязвимости. Когда мы особенно хрупки? В момент рождения. За 156 секунд Стивен покидает место, запечатлевшее чрезвычайно ранний момент — снимок его новорожденного сына, сделанный всего через 156 секунд после его рождения. 3 минуты, когда он только что появился на свет в мире, который ему предстоит познать.
На первый взгляд, «Core 2026/V» немецкой художницы Mona Ardeleanu кажется жакетом или рубашкой, богато вышитой цветами. При ближайшем рассмотрении из вышивки появляется глаз, смотрящий на зрителя из нагрудного кармана. При более внимательном рассмотрении обнаруживается вышитое сердце на уровне груди. Ниже него гранат символизирует человеческую плодовитость и быстротечность. Там, где обычно располагается галстук, вокруг воротника тянется коса из волос, словно растущая из него. Границы между внутренним и внешним пространством словно размываются. Если представить себе второй глаз внутри произведения, можно даже различить улыбающееся лунообразное лицо. И вот, внезапно, появляется персонаж, душа.
Проект «Talking Heads» состоялся благодаря сотрудничеству с самыми известными галереями — Galerie Templon, Xavier Hufkens, Tim Van Laere Gallery.